Tag Archives: юго-западная Русь

Н. Трубецкой. К украинской проблеме. Отрывок

Беспристрастно взвешивая шансы, приходим к заключению, что насколько вероятно и правдоподобно, что новая украинская культура удовлетворительно разрешит задачу приспособления нижнего этажа культурного здания к народным корням, настолько же совершенно невероятно, чтобы эта культура сколько-нибудь удовлетворительно могла разрешить другую задачу, — создания нового «верхнего этажа», способного удовлетворить высшим запросам интеллигенции в большей мере, чем соответствующий верхний этаж прежней, общерусской культуры. Успешно конкурировать с общерусской культурой в удовлетворении высших духовных запросов новая украинская культура не будет в состоянии. Прежде всего, она не будет обладать той богатой культурной традицией, которой обладает общерусская культура: а примыкание к такой традиции и исхождение из нес значительно облегчает работу творцам высших духовных ценностей, — даже в том случае, когда дело идет о создании принципиально совершенно новых ценностей. Далее, для создания высших культурных ценностей громадное значение имеет качественный отбор творцов. Поэтому, для успешного развития этой стороны культуры необходимо, чтобы об’ем того этнического целого, в котором данная культура развивается, был как можно больше: чем многочисленнее носители данной культуры, тем больше (при прочих равных условиях) будет и абсолютное число рождающихся среди этих носителей культуры талантливых людей, а чем больше талантливых людей, тем, во-первых, интенсивнее развитие «высшего этажа» культуры, а, во-вторых, тем сильнее конкуренция; конкуренция же повышает самое качество культурного строительства. Такимъ образом, даже при прочих равных условиях, «верхний этаж» единой культуры крупной этнологической единицы будет всегда качественно совершеннее и количественно богаче, чем у тех культур, которые могли бы выработать отдельные части той же этнологической единицы, работая каждая за себя, независимо от других частей. Каждый непредубежденный представитель данного этнологического целого не может не сознавать этого, и потому, естественно, при полной свободе выбора будет «оптировать» за культуру этнологического целого (в нашем случае, — за культуру общерусскую), а не за культуру части этого целого (в нашем случае, за украинскую культуру). Оптировать за украинскую культуру может следовательно только либо человек определенным образом предубежденный или, человек, свобода выбора коего стеснена. При этом, все сказанное отосится как к творцам высших культурных ценностей, так и к «потребителям» т. е. ценителям этих ценностей: по самому существу дела всякий творец высших культурных ценностей (если только он действительно талантлив и сознает свое силу) стремится к тому, чтобы продукты его творчества стали доступны и были оценены возможно большим числом настоящих ценителей; а каждый настоящий ценитель («потребитель») таких культурных ценностей высшего порядка, в свою очередь, стремится к тому, чтобы пользоваться продуктами творчества возможно большего числа творцов; значит, — обе стороны заинтересованы в расширении, а не в с’ужении поля данной культуры. Ограничение этого поля может быть желательно только с одной стороны для бездарных или посредственных творцов, желающих охранить себя против конкуренции (настоящий талант конкуренции не боится!), а с другой стороны — для узких и фанатичных краевых шовинистов, недоросших до чистого ценения высшей культуры ради нее самой и способных ценить тот или иной продукт культурного творчества лишь постольку, поскольку он включен в рамки данной краевой разновидности культуры. Такие люди и будут главным образом оптировать против общерусской культуры и за вполне самостоятельную украинскую культуру. Они сделаются главными адептами и руководителями этой новой культуры и наложат на нее свою печать, — печать мелкого провинциального тщеславия, торжествующей посредственности, трафаретности, мракобесия и, сверх того, дух постоянной подозрительности, вечного страха перед конкуренцией. Эти же люди, конечно, постараются всячески стеснить или вовсе упразднить самую возможность свободного выбора между общерусской и самостоятельно-украинской культурой: постараются запретить украинцам знание русского литературного языка, чтение русских книг, знакомство с русской культурой. Но и этого окажется недостаточно: придется еще внушить всему населению Украины острую и пламенную ненависть ко всему русскому и постоянно поддерживать эту ненависть всеми средствами школы, печати, литературы, искусства, хотя бы ценой лжи, клеветы, отказа от собственного исторического прошлого и попрания собственных национальных святынь. Ибо, если украинцы не будут ненавидеть все русское, то всегда останется возможность оптирования в пользу общерусской культуры. Однако, нетрудно понять, что украинская культура, создаваемая в только что описанной обстановке, будет из рук вон плоха. Она окажется не самоцелью, а лишь орудием политики и, притом, плохой, злобно-шовинистической и задорно-крикливой политики. И главными двигателями этой культуры будут не настоящие творцы культурных ценностей, а маниакальные фанатики, политиканы, загипнотизированные навязчивым идеями. Поэтому, в этой культуре все, — наука, литература, искусство, философия и т. д., — не будет самоценно, а будет тенденциозно. Это откроет широкую дорогу бездарностям, пожинающим дешевые лавры благодаря подчинению тенденциозному трафарету, — но зажмет рот настоящим талантам, не могущим ограничивать себя узкими шорами этих трафаретов. Но, главное, можно очень сомневаться в том, что эта культура будет действительно национальна.

Евразийский Временник, 1927, кн. 5.

Views: 25

С. Варшавскій. Не русины, а русскіе

Въ предѣлахъ Чехословацкой республики живетъ народъ, который самъ себя называетъ русскимъ, хотя статистики рѣдко называютъ его этимъ именемъ, предпочитая обозначенія «русинъ», «карпаторуссъ» и даже «украинецъ».

Этотъ народъ ведетъ упорную борьбу за свое право называться русскимъ и говорить на русскомъ языкѣ, и ужъ по одному этому обстоятельству заслуживаетъ особаго вниманія со стороны русской національной печати.

Въ послѣднее время и даже въ самые послѣдніе дни эта борьба вступила въ новый этапъ, который мы считаемъ необходимымъ отмѣтить.

Когда говорятъ о карпаторусскомъ народѣ, то обыкновенно имѣютъ въ виду коренное населеніе Подкарпатской Руси, обособленной области, вошедшей въ составъ Чехословацкой республики.

Но нельзя забывать, что кромѣ Подкарпатской Руси карпаторуссы живутъ сплошной массой въ нѣкоторыхъ районахъ Словакіи.

Численность всего карпаторусскаго народа въ круглыхъ цифрахъ опредѣляется въ полмилліона (безъ включенія въ это число той массы карпаторуссовъ, которая выселилась въ Америку).

Изъ названнаго полумиллиона около 400.000 обитаетъ въ Подкарпатской Руси и до 10.0000 въ Словакіи.

Но культурный вѣсъ словацкой группы, въ силу цѣлаго ряда причинъ, очень значителенъ, и именно эта группа играетъ большую политическую роль.

Карпаторуссы, проживающіе въ Словакіи, выдвинули въ послѣднее время рядъ острыхъ вопросовъ, касающихся самобытности цѣлаго народа.

Правовое положеніе этой группы отличается отъ положенія карпаторуссовъ, населяющихъ Подкарпатскую Русь, ибо этотъ край, какъ извѣстно, присоединяясь къ Чехословакіи, выговорилъ себѣ право на широкую автономію, которая прежде всего имѣетъ въ виду языковый вопросъ. Когда Подкарпатская Русь получитъ свой сеймъ, послѣдній долженъ будетъ въ первую очередь заняться вопросовъ о защитѣ права русскаго языка.

Но если бы даже русскій языкъ сталъ господствующнмъ въ Подкарпатской Руси, то это еще не гарантировало бы интересовъ той части карпаторусскаго народа, которая обитаетъ въ Словакіи.

Вотъ защитѣ этихъ интересовъ и посвящены были «народныя собранія», созванныя карпаторуссами въ двухъ округахъ Словакіи.

Собранія эти состоялись въ концѣ іюля и приняли рядъ резолюцій, которыя характеризуютъ положеніе русскаго вопроса въ Словакіи и потому заслуживаютъ особаго вниманія. Мы не имѣемъ возможности привести эти резолюціи полностью, но важнѣйшіе пункты необходимо отмѣтить.

Прежде всего представители карпаторусскаго народа, со своими депутатами во главѣ, требуютъ одобренія учебныхъ книгъ, написанныхъ по-русски: «названіе должно быть русскій, а не русинскій» — говорится въ резолюціи.

Укрѣпленіе русскаго языка возможно лишь при помощи школы, и потому резолюція требуетъ, чтобы въ русскихъ селахъ были созданы русскія школы и чтобы въ русскихъ округахъ были русскіе школьные инспектора.

При отдѣлѣ министерства народнаго просвѣщенія въ Братиславѣ (главный городъ Словакіи) долженъ быть учрежденъ особый «рефератъ» по русскимъ дѣламъ.

Далѣе резолюція требуетъ открытія русской гимназіи въ Пряшевѣ и русскихъ школъ въ тѣхъ главнѣйшихъ населенныхъ пунктахъ Словакіи, гдѣ русское населеніе находится въ большинствѣ.

Далѣе идутъ требованія. касающіяся введенія надписей на русскомъ языкѣ въ селахъ, на станціяхъ желѣзныхъ дорогъ и въ административныхъ учрежденіяхъ, а равно опубликованія законовъ и административныхъ распоряженій на русскомъ языкѣ.

Изъ русскихъ селъ Словакіи должны быть образованы особые округа съ тѣмъ, чтобы во главѣ правительственныхъ учрежденій въ этихъ округахъ были поставлены русскіе люди.

Авторовъ резолюціи очень безпокоитъ предстоящая въ этомъ году всенародная перепись, и они требуютъ, чтобы она «была проведена правильно, по закону», безъ тѣхъ искаженій, которыя, по ихъ утвержденію, были допущены при предыдущихъ переписяхъ.

Въ видѣ гарантіи они требуютъ введенія русскихъ людей въ составъ органовь, вѣдающихъ переписью, и заполненія статистической карточки не комиссаромъ, а самимъ опрашиваемымъ лицомъ.

Далѣе въ резолюціи идетъ рядъ пунктовъ, касающихся уже не Словакіи, а Подкарпатской Руси, гдѣ, какъ было отмѣчено, живетъ четыре пятыхъ карпаторусскаго народа.

Резолюція требуетъ скорѣйшаго введенія автономіи въ Подкарпатской Руси и рѣшительно протестуетъ «противъ всякой украинизаціи».

Заключительный пунктъ резолюціи говоритъ о «недоразумѣніяхъ между русскимъ и чехословацкимъ народомъ». Причину этого явленія авторы резолюціи видятъ въ томъ, что «до сихъ поръ не осуществлена автономія русской области, что русскій народъ не допущенъ къ управленію своимъ краемъ, что, вопреки требованіямъ мирнаго договора, администраторы не назначаются изъ русскихъ, что губернаторъ Подкарпатской Руси безправенъ, и что русскій сеймъ не созывается».

С. Варшавскій.
Возрожденіе, №1901, 16 августа 1930.

Views: 28

Л. Любимовъ. На рубежѣ новой Европы. VIII. Польскія впечатлѣнія

Львовъ. — Градоначальникъ Клоцъ. — Древняя Ставропигія. Русскій народный домъ. — Трагедія русскаго меньшинства.

Львовъ — городъ мягкихъ очертаній, зелени, холмовъ, просторныхъ асфальтовыхъ площадей и грязныхъ извилистыхъ переулковъ, пышныхъ храмовъ и древняго великолѣпія, городъ тишины и монастырской прохлады, городъ клокочущихъ страстей и пулеметной стрѣльбы, городъ древней Руси и древняго русскаго величія, городъ ненавидящей Русь, мятущейся и кровавой самостійной украинской мечты.

Кіевъ, но только безъ Днѣпра. Кіевъ, гдѣ вѣками процарствовалъ бы, одолѣвъ поляка, австріецъ, а на мѣсто австрійца вновь воцарился бы полякъ.


У меня рекомендации по «полковничьей» линіи. Воевода гр. Голуховскій не совсѣмъ «свой человѣкъ», зато «свой» — градоначальникъ Клоцъ.

По виду г. Клоцъ вовсе не похожъ на градоначальника: взъерошенный, въ яркомъ галстухѣ, на видъ лѣтъ не болѣе тридцати.

Самоувѣренный даже до странности. Заявляетъ:

— Какъ не признаемъ русскихъ? — Да кругомъ Львова сплошь русскіе.

Пораженъ и въ высшей степени. Но дѣло разъясняется просто: я не зналъ еще, что поляки «русскими» называютъ украинцевъ и бѣлоруссовъ, въ отличіе отъ «россійскихъ», т. е. великороссовъ и всѣхъ тѣхъ, кто признаютъ себя сынами Россіи. Оказывается, на этомъ «различіи» очень многое основано, во всемъ, что пишутъ и говорятъ, — въ особенности, когда надо убѣдить иностранцевъ — поляки о кресахъ. А вѣдь съ мнѣніемъ иностранцевъ поляки считаются больше всего въ мірѣ…

— Но русскихъ въ нашемъ пониманіи, — спрашиваю я градоначальника, — вы признаете?

— О, такихъ здѣсь нѣтъ, развѣ что эмигранты…

— Помилуйте, а тѣ, кого австрійцы прозвали «москвофилами»?

— Ну, если хотите, эмигранты, которые стремятся расширить свое вліяніе…

Затѣмъ г. Клоцъ принимается мнѣ расхваливать русскую аграрную партію: не украинскую, молъ, а въ то же время политически уравновѣшенную.

Узнаю потомъ, — въ аграрной партіи какихъ-нибудь десять человѣкъ и исполняетъ она покорно всѣ директивы гг. Сухенека и Клоца.


Русская улица — русскій центръ Львова, нѣтъ почти на ней украинскихъ вывѣсокъ, не слышно украинскаго говора.

Какъ-то темно здѣсь. Большіе дома, ветхіе и хмурые: владѣнія Ставропигіи.

Древнее, славное ставропигійское братство, пронесшее Русь сквозь вѣка польскаго и австрійскаго владычества, властью ненавидимое теперь, какъ было оно ненавидимо габсбургской имперіей, въ приниженности своей горделивое и неотрекающееся.

Вотъ прошелъ я по темной лѣстницѣ, вотъ открыли мнѣ дверь, вотъ залъ съ опущенными шторами и смотрятъ со стѣнъ темные лики уніатскихъ митрополитовъ.

Люди кругомъ стола медлительные, торжественные, въ темномъ, пожилые почти всѣ. Засѣдаетъ Правящій Синодъ Ставропигійскаго братства.

Потомки, послѣдователи тѣхъ, кто страдали за Галицкую Русь, тщились охранить ея ликъ, наперекоръ всему русскій языкъ передавали отъ поколѣнія къ поколѣнію.

Такъ же живы, какъ и при Габсбургахъ, слова ихъ устава:

«а) Сохраняти святую христіанско-каѳолическую вѣру по греко-восточному обряду у русскаго народа; б) поддерживати русскую народность и споспѣшествовати ея культурному развитію; в) печалитись о просвѣщеніи, религіозно-нравственномъ образованіи и облагородненіи своихъ единовѣрцевъ; г) способствовать русской учащейся молодежи обоего пола».

Я среди русскихъ, чья судьба, быть можетъ, еще трагичнѣе нашей, — они даже права не имѣютъ называть себя русскими.

— Насъ отрицаютъ, — говорятъ мнѣ они. — Кто мы? Никто, не поляки, не украинцы.

Это и есть «эмигранты», про которыхъ говорилъ мнѣ г. градоначальникъ Клоцъ, «эмигранты», дѣды и прадѣды которыхъ были внуками и правнуками исконныхъ обитателей Галицкой Гуси.

Сеньоръ Ставропигіи совѣтникъ Гулла идетъ со мной, за нами члены Правящаго Совѣта. Проходимъ въ сосѣдній покой, зажгли электричество, и засвѣтились на стѣнахъ краски и золото иконъ. «Галицкое письмо», наивное, угловатое, искусство композиціи еще не познавшее, отголосокъ слабый, но родной, великолѣпія Новгородской живописи. Музей Ставропигіи, вывезенный Россіей, послѣ долгихъ мытарствъ большевиками возвращенный во Львовъ.

Вотъ и древнѣйшій «Апостолъ» Галицкой Руси — ХII вѣка, вотъ и самая удивительная, самая волнующая здѣсь реликвія — «Альбомъ». Перелистываю его. — Здѣсь подписывались всѣ братья-міряне, ибо духовныхъ не принимаютъ въ братство, — съ XVI вѣка, когда грамотами патріарховъ антіохійскаго и константинопольскаго было узаконено ставропигійское братство и дана ему печать съ восьмиконечнымъ патріаршимъ крестомъ.

Мнѣ говорятъ:

— Многіе вѣка живемъ мы и будемъ жить. И типографію нашу, древнѣйшую на Галицкой Руси, сохранимь, и библіотеку, и музей, и церковь нашу, чудо архитектуры, гордую колокольню Константина Корніакта, и бурсу, гдѣ учатъ русскому языку, и духъ и культуру — отъ поляковъ и отъ украинцевъ.

— Но если я напишу, что васъ тѣснятъ здѣсь, что на васъ посягаютъ украинцы, что имущество ваше желаютъ имъ передать поляки, что вамъ не даютъ вздохнуть, — не простятъ бытъ можетъ поляки вашей откровенной бесѣды со мной?

— Не боимся мы, хуже быть уже не можетъ…

Читаю Шараневича, историка Галицкой Руси, вникаю въ этотъ искалѣченный, но все же могучій, Русыо вскормленный языкъ.

«Ставропигійское братство во Львовѣ есть яко бы старое розложистое дерево, котораго корни сягаютъ далекихъ столѣтій русской народно-церковной исторіи».

Читаю «Талергофскій Альманахъ» — скорбную книгу памяти лагеря въ Талергофѣ, гдѣ австрійцами во время войны были заключены «москвофилы». — Разстрѣляли австрійцы пятнадцать тысячъ галичанъ, не отрекшихся отъ Россіи. На обложкѣ двуглавый черный австрійскій орелъ, клюющій голову привязаннаго къ столбу галичанина, и кажется: вотъ теперь на мѣсто чернаго орла взлетѣлъ бѣлый одноглавый на верхушку столба.


Русскій Народный Домъ — достояніе русской культуры. Огромный домъ, гдѣ собираются русскіе, зданіе теперь сдается подъ театръ. Другой домъ, гдѣ библіотека съ древними книгами, музей и въ главной залѣ портретъ князя Льва Галицкаго, основателя Львѣграда. Въ библіотекѣ двадцать тысячъ томовъ. Домъ основанъ въ 1851 г. Теперь онъ въ рукахъ аграрной партіи. Заперли его австрійцы, пришли поляки, поставили правительственнаго комиссара изъ «аграріевъ». И нѣтъ возможности получить русскимъ русское имущество. Надѣются поляки, что когда умрутъ всѣ, кто по закону должны управлять домомъ, можно будетъ отдать его самостійникамъ.


Русскую гимназію во Львовѣ не разрѣшили открыть, потому что «въ этомъ нѣтъ надобности».

Руссофилы группируются вокругъ «Русской селянской организаціи». Она насчитываетъ въ деревняхъ десятки и десятки тысячъ сторонииковъ, а между тѣмъ ни одного русскаго депутата не прошло въ сеймъ отъ Галиціи. Почему? — Очень просто, — отвѣтятъ руссофилы, — всѣ знаютъ, что за русскій списокъ голосовать не имѣетъ смысла: такъ получится въ концѣ концовъ, что ста, двухсотъ голосовъ все равно не достанетъ… И все же голосовали за нашъ списокъ десятки тысячъ крестьянъ.

Полстолѣтіе украинизировалась крестьянская масса австрійцами. Теперь, за явной невозможностью ее полонизировать, украинизируется она при содѣйствіи поляковъ. Изъ двухъ золъ выбираютъ кажущееся меньшимъ и утѣшаются тѣмъ, что во Львовѣ половина жителей поляки.

Увы, русскій духъ среди молодежи на убыли.


Единственный русскій печатный органі — «Русскій Голосъ». Но вотъ и поляки и украинцы и многіе русскіе даже упрекаютъ его въ склонности рекламировать разныя совѣтскія «достиженія», а польская власть, пользуясь этимъ, заявляетъ, что руссофилы цѣликомъ впали въ большевизмъ.

Недоумѣніе вызываетъ такое положеніе. Отвѣтъ мнѣ даетъ одинъ изъ руководителей русскаго движенія:

— Мы ненавидимъ большевиковъ, но что подѣлаешь! Поляки насъ отрицаютъ, украинцы ненавидятъ. На кого намъ опереться? Не на большевиковъ, конечно, но если мы скажемъ, что нѣтъ нынѣ Россіи, то отвернутся отъ насъ многія и многія тысячи въ деревняхъ. И вотъ, скрѣпя сердце, должны мы говорить, что плохо ли, хорошо ли, а въ Россіи нынѣшней что-то дѣлается, что-то строится, что тамъ, пусть большевицкая, но все же мощная русская держава.

Трагично поистинѣ положеніе русскаго меньшинства въ Польшѣ. На что толкаетъ его несчастье!.. И какъ хорошо умѣютъ использовать это несчастье, мечту о существующей все же родинѣ — большевики!..


Красная церковь въ зелени — подъ гору, надъ Русской улицей. Единственный православный храмъ во Львовѣ. Въ сапогахъ, здоровенный, дышащій силой, предпріимчивостью о. Сапѣга. Какъ-то молодо, свѣжо все здѣсь: и деревья, и церковь, и самъ батюшка.

Двадцать одинъ приходъ перешелъ въ Лемковщинѣ въ православіе.

— О, сколько бы еще уніатовъ вернулись къ намъ! — говоритъ о. Сапѣга. — Но вотъ денегъ нѣтъ. Какъ же намъ развернуться? И церковь и церковную утварь теряетъ приходъ при переходѣ въ православіе. Ахъ, были бы средства! Половину Галиціи вернули бы въ нашу церковь.

Вспоминаю, что говорилъ мнѣ градоначальникъ Клоцъ, подчеркивающій свое равнодушіе къ католицизму:

— Будь у православія больше размаха, развернулось бы оно широко!

Но вѣдь для размаха, прежде всего, нужны деньги, а ихъ нѣтъ у православныхъ въ Галиціи, хоть и многими угодьями владѣетъ православная церковь въ Польшѣ.

Л. Любимовъ.
Возрожденіе, №1898, 13 августа 1930.

(Продолженіе слѣдуетъ.)

Views: 20

Погромное выступленіе львовскихъ украинцевъ

Львовскій «Русскій Голосъ» сообщаетъ слѣдующія подробности разгрома русскихъ общественныхъ организацій украинскими студентами.

Нападеніе на Ставропигіальный Институтъ

21-го ноября толпа украинскихъ студентовъ въ 100-120 человѣкъ произвела систематическій разгромъ всѣхъ русскихъ учірежденій во Львовѣ. Нападеніе было произведено по заранѣе разработанному плану. Разгромъ начался съ старѣйшаго русскаго учрежденія во Львовѣ — Ставропигіальнаго Института. Украинцы камнями разбили всѣ стекла въ домѣ, ворвались вовнутрь и разгромили редакціи русскихъ газетъ «Русскій Голосъ», «Земля и Воля» и контору русской крестьянской организаціи.

Въ редакціи «Русскаго Голоса» былъ разбитъ бюстъ Крачковскаго, барельефъ Тараса Шевченко, уничтожена библіотека, поломаны письменные столы, пишущіе машинки, изорваны книги, рукописи и выбиты всѣ стекла.

Такой же разгромъ былъ произведенъ въ конторѣ крестьянской организаціи, причемъ со стѣны былъ сорванъ образъ Св. Іоанна и растоптанъ ногами. Совершенно уничтожены всѣ папки съ дѣлами находившагося тутъ же шкафа русскаго благотворительнаго комитета.

Въ редакціи русской крестьянской газеты «Земля и Воля» были уничтожены комплекты газеты, но взломъ столовъ украинцы не успѣли произвести, такъ какъ оставленные ими на дворѣ караульные свистками извѣстили ихъ о приближеніи полиціи.

Разгромъ студенческой организаціи «Другъ»

Другая партія украинцевъ-погромщиковъ направилась въ общество имени Крачковскаго, но не могла сломать массивныя дубовыя двери и бросилась къ помѣщенію общества русскихъ студентовъ «Другъ». Здѣсь двери оказались менѣе солидными и всѣ комнаты студенческаго общества были начисто разгромлены, причемъ ломали не только столы и стулья, но шкафы, били зеркала и уничтожали всѣ бумаги.

Разгромъ русскаго клуба

Въ помѣщеніи клуба «Русское Казино» украинцами также были взломаны двери, уничтожены вѣшалки и разбиты зеркала, лампы и стекла. Погромщики ворвались въ помѣщающуюся въ томъ же домѣ квартиру директора русской гимназіи Вербицкаго и встрѣтивши его сына, избили его камнями и палками.

О. Вербицкій въ тяжеломъ состояніи, съ проломленнымъ черепомъ, доставленъ въ больницу.

Затѣмъ отдѣльныя группы погромщиковъ направились въ помѣщающуюся неподалеку русскую школу, но въ самомъ началѣ погрома были разогнаны полиціей.

Всѣ русскія организаціи Львова выступили съ рѣшительнымъ протестомъ противъ хулиганскихъ выходокъ украинскихъ шовинистовъ, которые въ теченіе цѣлаго дня безнаказанно уничтожали русскія редакціи и общественныя организаціи и не встрѣтили никакого противодѣйствія со стороны мѣстныхъ властей.

Возрожденіе, №1641, 29 ноября 1929

Views: 23

Мечты Андрея Любченко. Письмо изъ Варшавы

Въ Луцкѣ на Волыни издается еженедѣльникъ «Украинская Нива». Въ этомъ еженедѣльникѣ сотрудничаетъ нѣкій Андрей Любченко, обладающій, можетъ быть, многими качествами, но несомнѣнно лишенный двухъ: чувства приличія и чувства смѣшного. Обладай Андрей Любченко этими качествами, онъ не написалъ бы статьи, которую «Украинская Нива» напечатала подъ почти сенсаціоннымъ заголовкомъ: «Украина въ недалекомъ будущемъ». Въ статьѣ этой Андрей Любченко съ обезоруживающей откровенностью излагаетъ программу «петлюровскаго» самостійничества. Безъ обиняковъ предсказываетъ онъ, что положеніе на югѣ Россіи приведетъ къ скоромъ будущемъ къ возстанію, и что результатомъ этого возстанія будетъ созданіе независимой «украинской державы». Сдѣлавъ это предсказаніе, сотрудникъ «Украинской Нивы» опрашиваетъ, чѣмъ будетъ эта «самостоятельная держава» и самъ отвѣчаетъ на этотъ вопросъ:

— Барьеромъ между двумя совершенно различными мірами, варягами Востока, охраняющими Западъ отъ нашествія коммунистовъ либо иной восточной орды. Авангардомъ европейской культуры…

Continue reading

Views: 40

А. Ренниковъ. Les Ukres

Кто не помнитъ этого любопытнаго обычая, практиковавшагося въ періодъ горячихъ сельскихъ работъ на малороссійскихъ базарахъ? Лежитъ въ тѣни подъ возомъ пріѣхавшій наниматься батракъ, спитъ. А на подошвѣ его сапога мѣломъ написано:

«Меньше двухъ рублей не будить».

Украинскіе сепаратисты, находящіеся сейчасъ заграницей, очевидно, разбужены. Кто-то предложилъ имъ два рубля 25 копеекъ, и вотъ они встрепенулись, поднимаются. Гетманы берутся за булавы, кошевые за кошельки, хлопци за люльки съ капоралемъ.

А тѣ, кто умѣютъ писать письма турецкому султану, взялись за изданіе книгъ.

И агитируютъ.

Вотъ передо мною одна изъ подобныхъ брошюръ, выпущенная на французскомъ языкѣ въ іюнѣ этого года, принадлежащая перу какого-то загадочнаго L.-V. François. Озаглавлена брошюра: «L’Ukraine économique», издана фирмой «France-Orient» и содержитъ въ себѣ всѣ богатства Украины, включая сюда карту территоріи, префасъ, перспективъ д-авениръ и опечатки.

Continue reading

Views: 34

Максимъ Горькій не угодилъ украинцамъ

Въ харьковскихъ, кіевскихъ и парижскихъ украинско-совѣтскихъ кругахъ возникъ совсѣмъ неслыханный скандалъ, тщательно скрываемый офиціальной прессой отъ «широкой публики»…

Состоящее подъ контролемъ украинской Академіи Наукъ въ Кіевѣ «Украинское Государственное Издательство» (Держвидавъ) недавно обратилось къ Максиму Горькому съ просьбой разрѣшить издать на украинскомъ языкѣ полное собраніе его сочиненій, включая публицистическія статьи, переписку и т. д. Издательство, разумѣется, предложило Горькому крупный гонораръ.

Въ совѣтскихъ украинскихъ газетахъ уже было сдѣлано сообщеніе о предстоящемъ выходѣ сочиненій Горькаго по-украински, а типографіи уже готовились къ печатанію книгъ, но неожиданно украинская Академія Наукъ получила отъ Горькаго совсѣмъ непредвидѣнный отвѣтъ.

Горькій заявилъ рѣзко и категорически, что онъ считаетъ украинскій языкъ лишь «нарѣчіемъ», относится самымъ отрицательнымъ образомъ къ украинскому «самостійничеству», даже перекрасившемуся въ красный совѣтскій цвѣтъ, и ни въ коемъ случаѣ не даетъ разрѣшенія на изданіе собранія своихъ сочиненій, т. к. его согласіе, несомнѣнно, пріобрѣтетъ характеръ политическаго акта — будетъ истолковано самостійниками какъ нѣкоторое оправданіе и даже одобреніе ихъ позиціи.

Харьковскій журналъ «Культура и побутъ» («Культура и бытъ») долженъ былъ напечатать письмо Горькаго полностью, но въ послѣднюю минуту украинская правительственная цензура воспротивилась этому.

Отголосками горьковскаго выступленія полонъ сейчасъ совѣтскій украинскій Парнасъ. Проживающій въ окрестностяхъ Парижа, въ собственной виллѣ, бывшій предсѣдатель «украинской директоріи» петлюровскихъ временъ, а нынѣ усердный совѣтскій «попутчикъ», В. К. Винниченко, выступилъ въ номерѣ 74-мъ издающейся въ Парижѣ на украинскомъ языкѣ смѣновѣховской газеты «Украіньски Вісти», съ пространнымъ открытымъ письмомъ къ Максиму Горькому. Винниченко «не находитъ словъ», чтобы выразить свое возмущеніе «черносотенной» и «имперіалистической» позиціей Горькаго и призываетъ всю русскую «совѣтскую общественность», «стремящуюся къ мирному сожительству братскихъ народовъ въ рамкахъ СССР», къ рѣшительному отпору Горькому. Письмо Винниченко обильно уснащено риторикой, витіеватымъ протестомъ, цвѣтистымъ проявленіемъ гражданскаго чувства…

Чѣмъ кончится инцидентъ между Горькимъ и совѣтскими украинцами — предсказать трудно. Во всякомъ случаѣ, этотъ инцидентъ показываетъ, насколько обострилась національная борьба на Украинѣ и насколько живуче — даже подъ совѣтскимъ флагомъ — русское національное чувство… Напомнимъ, что недавно даже пресловутый коммунистъ Лурье-Ларинъ открыто возмутился въ совѣтскихъ газетахъ наглостью харьковскихъ и кіевскихъ самостійниковъ.

Возрожденіе, №1150, 26 іюля 1928

Views: 20

С. Варшавскій. Украинскій языкъ или малороссійское нарѣчіе. Письмо из Праги

Пытаться переубѣждать украинскихъ самостійниковъ — дѣло безнадежное и безполезное.

Но знакомить нашу національно-мыслящую молодежь съ подлинной исторіей такъ называемаго украинскаго вопроса нужно и важно.

Вотъ почему можно только привѣтствовать Русскій народный университетъ въ Прагѣ за то, что онъ сдѣлалъ этотъ вопросъ темой одной изъ очередныхъ лекцій.

Прив.-доц. И. О. Панасъ, которому была поручена эта лекція, избралъ предметомъ своего изслѣдованія «Записку Академіи Наукъ объ украинскомъ языкѣ», столь широко, какъ извѣстно, использованную самостійниками для своихъ цѣлей.

Прежде всего лекторъ установилъ, что «записки» Академіи Наукъ объ украинскомъ языкѣ… вовсе не было.

Былъ докладъ особой комиссіи, образованной при Академіи, но Академія, какъ учрежденіе, ни въ лицѣ своего общаго собранія, ни въ лицѣ хотя бы одного изъ своихъ отдѣловъ, коллективнаго сужденія по вопросу объ украинскомъ языкѣ никогда не высказывала.

Continue reading

Views: 44

А. Яблоновскій. Недоразумѣніе

Въ Варшаву по своимъ дѣламъ пріѣхалъ В. Л. Бурцевъ.

И конечно, польскіе журналисты сейчасъ же атаковали этого, какъ они говорятъ, «патріарха русскаго освободительнаго движенія» и потребовали, чтобы «патріархъ» отвѣтилъ имъ на всѣ проклятые вопросы и даже предсказалъ будущее.

Надо сознаться, что это очень смѣшная и глубоко-провинціальная черта у польскихъ журналистовъ: у каждаго заѣзжаго москаля они всегда спрашиваютъ, чѣмъ окончится «старый споръ славянъ» и что думаютъ «москали» о Рижскомъ договорѣ.

Къ несчастью, однако, и наши «москали» (а въ томъ числѣ и «патріархи») охотно вступаютъ въ такого рода безплодныя бесѣды и очень охотно предсказываютъ будущее.

Не удержался, къ сожалѣнію, и В. Л. Бурцевъ.

Continue reading

Views: 34

А. Яблоновскій. «Первый русскій эмигрантъ»

Князь Андрей Курбскій былъ едва ли не первымъ русскимъ эмигрантомъ.

Но интересную исторію этого древняго «бѣженца» мы знаемъ только по стихамъ гр. Алексѣя Толстого.

Знаемъ очень немного: какъ князь бѣжалъ, какъ писалъ царю («перо его местію дышитъ») и какъ отправилъ на муки и смерть благороднѣйшаго крѣпостного рыцаря, Василія Шибанова.

Но далѣе этого безчеловѣчнаго и гнуснаго предательства по отношенію къ стремянному «Васькѣ» широкая публика почти ничего о Курбскомъ не знаетъ.

А между тѣмъ вѣдь исторія бѣглаго князя на этомъ не кончилась. Въ эмиграціи онъ прожилъ много лѣтъ, до самой своей смерти, и его жизнь подъ властью чужого короля могла бы послужить прекрасной темой для цѣлаго романа.

Continue reading

Views: 57