Б. Бажановъ. Замѣтки бывшаго помощника Сталина. ѴІІ. ГПУ

Каковъ вообще, такъ сказать, «порядокъ» чекистскаго произвола надъ совѣтскими гражданами?

Надъ безпартійными власть ГПУ неограниченна. Любой гражданинъ можетъ быть арестованъ по подозрѣнію въ контръ-революціи. Только на арестъ коммуниста должно быть предварительно получено разрѣшеніе партійнаго комитета. При арестѣ же безпартійнаго никакого обвиненія предъявлять не нужно, а достаточно указать, что онъ арестуется по подозрѣнію, напримѣръ, въ шпіонажѣ. Обычно при этомъ говорятъ что-нибудь не то, въ чемъ его дѣйствительно подозрѣваютъ, чтобы сбить его съ толку.

Арестованныхъ помѣщаютъ обычно въ общегражданскія тюрьмы, но въ особыя камеры, и числятъ ихъ за ГПУ. Въ особо важныхъ случаяхъ, арестованнаго помѣщаютъ во внутреннюю тюрьму ГПУ въ Москвѣ на Лубянкѣ, которая, какъ и всѣ тюрьмы въ Россіи, чрезвычайно переполнена.

Сколько сейчасъ народу сидитъ въ Россіи въ тюрьмахъ, вы и догадаться не можете. Я не имѣлъ объ этомъ ни малѣйшаго представленія до лѣта 1927 года, когда, организовавъ центральные заочные курсы, я вспомнилъ о заключенныхъ. Для очень многихъ изъ нихъ возможность обучаться, сидя въ тюрьмѣ, переписываться съ курсами, получать книги, бумагу и прочее должна быть величайшей радостью.

Я вызвалъ къ себѣ представителя центральнаго управленія мѣстъ заключенія и повелъ съ нимъ дѣловой разговоръ. Чтобы имѣть возможность составить представленіе о масштабахъ, въ которыхъ можно развернутъ дѣло, я спросилъ у него объ обшей цифрѣ сидящихъ въ тюрьмахъ въ СССР. Цифру, которую я услышалъ отъ этого компетентнаго человѣка, я не рѣшаюсь повторить. Это потрясающая цифра. Допуская всякую ошибку и уменьшая ее въ два- три раза, все же долженъ отмѣтить, что количество гніющихъ въ тюрьмахъ СССР отнюдь не измѣряется сотней-другой тысячъ людей.

Когда арестованный сидитъ въ тюрьмѣ «за ГПУ», ему «по закону» должно быть предъявлено обвиненіе въ двухмѣсячный срокъ, но это не выполняется, такъ какъ арестованный цѣликомъ въ рукахъ ГПУ, жаловаться некуда, а связи со внѣшнимъ міромъ во все время слѣдствія ГПУ ему не даетъ.

Ведетъ слѣдствіе чекистъ-слѣдователь ГПУ , который допрашиваетъ обвиняемаго и того, кого онъ находить нужнымъ. Затѣмъ слѣдователь докладываетъ на засѣданіи коллегіи ГПУ обвинительный актъ, и здѣсь принимается рѣшеніе, конечно, заочно, безъ допроса свидѣтелей и обвиняемаго. Такимъ образомъ, судьба обвиняемаго цѣликомъ въ рукахъ слѣдователя, ограниченнаго и кровожаднаго мерзавца, который очень часто психически ненормаленъ, вслѣдствіе всей прошлой чекистской дѣятельности своей и обильныхъ разстрѣловъ.

Надъ эмиграціей не виситъ этотъ ужасъ. Эмиграція не знаетъ, какъ ей завидуютъ въ Россіи.

Но въ дѣлѣ подготовки такого же соціалистическаго рая заграницей иностранный отдѣлъ ГПУ работаетъ, не покладая рукъ. Дѣятельность его здѣсь очень разнообразна. И развѣдка, и контръ-развѣдка, и такъ называемая работа по подготовкѣ революціонныхъ переворотовъ, и провоцированіе полицейскихъ репрессій противъ рабочихъ для обостренія рабочаго движенія, и т. д.

Хотя военную развѣдку ведетъ и развѣдывательное управленіе штаба РККА, но ГПУ, обладающее гораздо большими средствами, ведетъ ее гораздо глубже. Характерно, напримѣръ, что докладывать въ политбюро о военной опасности пришло не военное вѣдомство, а ГПУ.

Для иллюстраціи того, какое дѣятельное участіе принимаетъ ГПУ въ подготовкѣ коммунистическихъ переворотовъ заграницей, достаточно сослаться на приведенный выше случай, когда на чекиста Уншлихта и на кадры чекистовъ, его помощниковъ, была возложена задача подготовки вооруженнаго переворота въ Германіи въ 1923 г.

О томъ, какую огромную подготовительную работу для переворота провело ГПУ, напримѣръ, въ Персіи или въ Афганистанѣ, мы еще будемъ имѣть случай поговорить.

Конечно, работѣ ГПУ заграницей сильно помогаетъ то обстоятельство, что ГПУ опирается на широкіе кадры иностранныхъ коммунистовъ, которымъ легко работать у себя на родинѣ и которые представляютъ обширную и дешевую шпіонскую сѣть для Москвы. Но кромѣ того, заграницу ѣдетъ всегда достаточное количество чекистовъ изъ Москвы. Добрая половина сотрудниковъ наркоминдѣла и наркомторга — агенты ГПУ. На Востокѣ эта пропорція еще выше.

Чаще всего ѣдутъ агенты ГПУ заграницу какъ коммерческіе агенты торговыхъ представительствъ, затѣмъ какъ сотрудники полпредствъ и консульствъ, а затѣмъ по фальшивымъ паспортамъ.

ГПУ имѣетъ собственную экспедицію фальшивыхъ паспортовъ, но она значительно уступаетъ превосходно налаженному бюро фальшивыхъ паспортовъ коминтерна въ Москвѣ. Это бюро добываетъ изъ заграницы и изготовляетъ всѣ заграничные паспорта и своевременно получаетъ всѣ измѣненія штамповъ визъ иностранныхъ государствъ.

Но кромѣ всѣхъ перечисленныхъ способовъ, сотрудники ГПУ пользуются для проѣзда за границу и всякими иными. Напримѣръ, сотрудникъ ГПУ Барочкинъ зимой 1924-1925 годовъ ѣздилъ въ скандинавскія страны въ качествѣ капитана спортивной команды конькобѣжцевъ.

Все въ СССР скрыто, замаскировано, замазало. По закону заграничные паспорта выдаютъ административные отдѣлы совѣтовъ, на самомъ же дѣлѣ, это вывѣска. Здѣсь съ важнымъ видомъ принимаютъ только заявленія и просьбы. Затѣмъ все это въ секретномъ порядкѣ передается въ ГПУ, и ГПУ рѣшаетъ, дать разрѣшеніе, или не дать. Причемъ — всегда ГПУ въ Москвѣ, а не мѣстное, хотя и дѣлаютъ видъ, будто бы вопросъ рѣшается на мѣстѣ.

Много можно еще разсказать о ГПУ. Не охватитъ всего въ рамкахъ газетной статьи. Остановлюсь еще только на двухъ деталяхъ.

На обязанности ГПУ, по конституціи, лежитъ борьба съ преступленіями по должности. Но почти всѣ крупныя должности въ СССР занимаютъ коммунисты. Поэтому ГПУ всегда выполняетъ здѣсь слѣдственную роль, а судитъ партійный комитетъ. Собственно, по всякому крупному дѣлу выноситъ рѣшеніе не ГПУ, а партійный комитетъ. Если дѣло очень крупное, то — политбюро. Такъ что, строго говоря, въ помпезныхъ случаяхъ разстрѣливаетъ не ГПУ, какъ думаетъ заграница, а политбюро ЦК партіи.

Вотъ это политбюро, такое жестокое и немилосердное къ лицамъ «буржуазнаго» происхожденія, бываетъ удивительно милосердно, когда проворуется крупный коммунистъ.

Вспоминаю два факта, происшедшіе, когда я былъ секретаремъ политбюро.

Директоръ промбанка Краснощековъ, коммунистъ, растратилъ огромныя банковскія суммы. Даже ГПУ (тогда былъ Дзержинскій) предлагало его разстрѣлять. Политбюро рѣшило вынести ему нетяжелый приговоръ, и въ 1927 году онъ былъ уже на свободѣ, а сейчасъ пишетъ книги о томъ, что Соединенные Штаты Америки разлагаются, а въ совѣтской Россіи хорошо.

Дѣйствительно, кое-кому не плохо. Коммунистическимъ ворамъ, напримѣръ.

Второй случай: руководители организаціей снабженія Балтійскаго флота въ 1923 году растратили огромныя суммы. Дѣло о 17 обвиняемыхъ съ коммунистами во главѣ было передано въ политбюро. ГПУ предложило разстрѣлъ. Сталинъ поставилъ вопросъ такъ: «жена коммуниста, главнаго виновника, по происхожденію генеральская дочь, больше всѣхъ виновата. Ее надо разстрѣлять». Кромѣ того, разстрѣлять всѣхъ спеціалистовъ-бывшихъ офицеровъ и инженеровъ. А коммунисты, будто бы, «заблуждались», «были обмануты спеціалистами» и т. д.

Предложеніе Сталина, какъ политически наиболѣе выгодное» было утверждено политбюро.

Въ трудное положеніе было поставлено ГПУ, когда въ 1926 и 1927 г. понадобилось слѣдить за оппозиціонерами-членами партіи. Когда изъ секретаріата Сталина позвонили Менжинскому и сказали, что слѣжка необходима, Менжинскій пребывалъ возражать, говоря, что это создастъ въ странѣ невозможное положеніе, когда безпартійный информаторъ ГПУ, котораго въ огромномъ большинствѣ случаевъ держатъ въ числѣ информаторовъ угрозой голода, явится болѣе довѣреннымъ лицомъ, чѣмъ коммунистъ-оппозиціонеръ.

Конечно, все дѣло было въ томъ, что Менжинскій хотѣлъ получить постановленіе политбюро о слѣжкѣ ГПУ за оппозиціей, чтобы отвѣтственность передъ партіей лежала не на немъ, а на политбюро. Сталину это было доложено. Сталинъ былъ очень недоволенъ. Онъ взялъ трубку и лично позвонилъ Ягодѣ: «Тутъ у васъ въ работѣ ГПУ съ нѣкоторыхъ поръ стали появляться всякіе принципы, нельзя ли безъ этого?»

Послѣ этого принципы мгновенно исчезли, и слѣжка была налажена.

Кстати о принципахъ. Много накопилось у насъ по счету ГПУ. Но попадаются смѣшные люди, которые совѣтуютъ этотъ счетъ забыть.

Моя статья имѣетъ цѣлью старый и простой принципъ:

«Надо помнить, забывать иногда преступно».

Б. Бажановъ
Возрожденіе, №1323, 15 января 1929

Просмотров: 1

Запись опубликована в рубрике Пресса Бѣлой Эмиграціи с метками , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.